Правила жизни настоящего баскетболиста

«Школа 2.0» // 25 февраля 2016

0



Легенде ЦСКА и советского баскетбола Арменаку Алачачяну — 85. «Школа 2.0» публикует избранные отрывки из его автобиографии «Не только о баскетболе», прочесть которую будет полезно не только фанатам истории баскетбола, но и тем, кто планирует связать с лучшей игрой с мячом ближайшие годы своей жизни.

Правила жизни настоящего баскетболиста. Автобиография Арменака Алачачяна

Технике и впрямь лучше обучиться в детском возрасте — лучше, но не только. Знаю об этом по собственному опыту. Мне было 22, когда я вдруг почувствовал, что моя любовь к баскетболу еще немного — и перестанет быть взаимной. В 1952 году я был не так мал ростом, как сейчас: нашествие двухметровых гигантов на баскетбол еще не началось, но, по всему судя, вот-вот должно было начаться. Короче говоря, я понял, что мне с моими несчастными 174 сантиметрами придется худо.

В ту пору, кроме скорости, резкости, хорошей реакции, я никакими особыми достоинствами не обладал. И я приналег на технику — благо тогда в газетах не писали, что овладеть ею можно только в детстве. Говорили, что мне кое-чего удалось добиться. Я об этом не для хвастовства, просто мне хочется поддержать тех, кому больше восемнадцати: не вешайте носы, все в ваших руках, ибо техника дело наживное.

Тренерская работа не для тех, которые работают от сих и до сих. Я не знаю, есть ли работа тяжелее тренерской, неблагодарнее тренерской. Но я не знаю, кто еще тащит свою нелегкую ношу с таким огромнейшим желанием, как тренеры, не знаю, кто еще любит свое нелегкое ремесло так, как его любит тренер. Право же, в интересах истины следует переделать афоризм «Дайте ему выдающегося спортсмена — он станет великим тренером». «Найдите великого тренера — выдающиеся спортсмены появятся» — может быть, и неостроумно, но зато верно. А разве не достоин уважения труд тысяч и тысяч тренеров, которые учат детей управлять своим телом, учат их бороться через не могу и уважать соперника, учат их побеждать красиво, а проигрывать с достоинством? Эти невеликие тренеры делают великое дело: они дают человеку первый урок спорта, это благодаря им спорт становится второй привычкой человека. Это с них начинается и любовь к спорту, и большой спортсмен. Тот человек, который за руку привел будущую звезду в спортзал, сделал для него, для всего нашего спорта огромнейшее дело.

Не приведи бог испытать такую вот обычную вещь, как отчисление. Это удар посильнее нокаута, и последствия у него страшнее.

Я знаю только одного игрока, которого отчислениями не сломали. Это Александр Травин. Его приглашали на сборы перед чемпионатом мира 1959 года, перед Римской олимпиадой, перед чемпионатом Европы 1961 года. Три года подряд брали, и всякий раз за день-другой до отъезда команды отчисляли.

Его отец — Константин Александрович Травин — первым из советских баскетболистов был удостоен звания «Заслуженный мастер спорта». Когда его сын стал баскетболистом, он дал ему свой значок и сказал: «Вернешь, когда у тебя будет такой». Травин-младший вернул значок в 1964 году, после [завоевания серебра] Токийской олимпиады.

Никому не приходит в голову мысль упрекать актера в том, что он играет для зрителя. Все согласны с тем, что театр без зрителя немыслим. Почему же применительно к спорту эта истина очень многим не кажется очевидной? Да потому, что театр — это зрелище, и только. А спорт — это еще и победа, и очки, и занятые места. Но ведь «еще», а не «только»! Я не хочу ставить знак равенства между актером и спортсменом. Но если позабыть об очках и победах, кубках и занятых местах, то, право же, выяснится, что у актера и спортсмена есть и нечто их роднящее. Нас объединяет главное: матч, как и спектакль, — зрелище, следовательно, и артист, и спортсмен работают для зрителя.

Правила жизни настоящего баскетболиста. Автобиография Арменака Алачачяна

Арменак Алачачян (второй слева в нижнем ряду) — чемпион СССР по баскетболу 1961 года в составе ЦСКА.

Сильнее стал не всякий человек, а спортсмен. И стал он сильнее своих предшественников — даже выдающихся, потому что резко увеличил количество тренировок и увеличил интенсивность самих тренировок, потому что самоограничение у него дошло до аскетизма. Проще говоря, спортсмен стал работать до седьмого пота, отказался от спиртного и курения, начал есть не что попало, а то, что надо, и не столько, сколько он хочет, а столько, сколько надо, — не больше и не меньше. Спортсмен стал сильнее, потому что все реже и реже руководствуется он в своей жизни словом «хочу»: вместо «хочу» — «надо».

Один абзац — специально для будущих баскетболистов, для молодых баскетболистов. Тренироваться всегда скучнее, чем играть. Но вам повезло: вы выбрали вид спорта, в котором ножницы между тренировкой и матчем не так велики, как в любой другой игре. Скажем, футболисту или волейболисту нельзя — во всяком случае, неинтересно и трудно — тренироваться в одиночку. Баскетболист может тренироваться и один, потому что, если есть мяч, пол, щит и корзина — значит, есть и баскетбол. Нет партнера — тренируйся один: время дорого. Дриблингуй, поиграй в пас со щитом, ставь себе бросок, обучи левую руку работать так, как работает правая. Потянул ногу — бей штрафные, вывихнул руку — бегай. Тренируйся каждую свободную минуту: время дорого.

Можно быть хорошим баскетболистом и плохим спортсменом. Это если баскетболист все умеет, но умение свое показывает, когда команда или выигрывает 20 очков, или 20 очков проигрывает, — когда игра уже сделана и не надо брать на себя ответственность. Такие в баскетболе добивались немногого, хотя на первых порах ими восторгались и зрители, и журналисты, и даже тренеры, которые, случалось, и в сборную их приглашали.

Гораздо большего добивались те, кого можно назвать не очень хорошими баскетболистами, но настоящими спортсменами. Старательностью своей, злостью, огромнейшим трудолюбием, стремлением к славе, желанием добиться своего и не быть обузой в команде они многого добивались. Многие из них, в конце концов, становились и хорошими баскетболистами.

Не мне говорить, был ли я честен в спорте. Но я могу сказать, что всегда стремился быть честным. И когда я говорил: «Мы выиграли», в этом «мы» всегда присутствовало и «я». Мне никогда не приносила полного удовлетворения НАША победа без МОЕГО участия. Я знал баскетболистов, которые не рвались в основной состав, знал и таких, которые не прочь были быть вечными запасными. Что ж, каждому свое. Я солгал бы, если бы сказал, что был безразличен к победам. Но, честное слово, мне дороже победы была борьба за нее.

Поверьте, все это не для красного словца. Каждый турнир был для меня праздником, и всякий раз я готовился участвовать в празднике, а не смотреть на него со стороны. За свою жизнь я сыграл в 37 крупных турнирах: Олимпиада, 4 чемпионата Европы, 5 розыгрышей Кубка европейских чемпионов, 3 чемпионата дружественных армий, 4 Спартакиады народов СССР, 15 чемпионатов страны, 4 Всесоюзных зимних турнира (турнир этот приравнен к чемпионату страны). И я горд тем, что в 36 из них я был на переднем крае.

Правила жизни настоящего баскетболиста. Автобиография Арменака Алачачяна

Арменак Алачачян (первый слева в верхнем ряду) — главный тренер ЦСКА, 1969 г.

Не бывает молодых игроков, которые не ошибались бы. И в этом нет ничего предосудительного. Напротив, ошибки, через которые- все проходят, — вернее, не сами ошибки, а отношение к ним игрока, — яснее ясного дают знать, оправдает ли подающий надежды ожидания или так и останется в разряде подающих надежды. Одна своя ошибка учит строже и лучше, чем двадцать чужих, даже если на эту одну не обратили особого внимания, а те двадцать подвергли анализу, — потому что это своя ошибка. Я знаю игроков, которые годами помнили, где и как они ошиблись. Да я и сам отлично помню — так, будто это было вчера, — многие свои ошибки. Ну, а если молодой игрок ошибся и тут же милостиво себя амнистировал, если он не думает о том, почему он ошибся и как избежать этой ошибки и в следующий раз, а вместо этого оправдывает себя («Не я виноват: он мне дал пас плохой...») или утешает себя («Кто, мол, не ошибается!») — такой, поверьте мне, большим мастером никогда не станет. Это сказано не для красного словца: нетребовательность к себе, отсутствие самоанализа, неумение — а чаще нежелание — осмыслить происходящее — вот причины, в силу которых спортсмен играет хуже, чем он мог бы играть.

Подготовка к матчу — нелегкое, важное и тонкое дело. Здесь нет мелочей, потому что каждая мелочь может оказаться той последней, которая выведет тебя из состояния душевного равновесия, а ты обязан прийти к матчу в меру спокойным, в меру возбужденным — в том единственном состоянии, которое даст тебе возможность сделать все, что ты можешь. И какого-то единого, годящегося для всех рецепта подготовки нет: каждый готовится по-своему, но готовится каждый. Один начинает готовиться за сутки до матча, другой — за час до выхода на площадку. Один готовит себя так, что это все видят, другой — вроде бы ничего не делает, но это ничегонеделание и есть подготовка. Один возбужден, казалось бы, сверх меры, другой явно безразличен — случайный очевидец усомнится, смогут ли они в таком состоянии играть. Смогут: возбуждение первого к нужному моменту уляжется, а безразличие второго кажущееся. Один все время говорит, другой, напротив, молчит: он — весь внимание; прервите монолог и попросите словоохотливого рассказчика и его внимательного слушателя ответить, о чем идет разговор, — может быть, ответят верно, а скорее всего — невпопад.

От умения готовить себя зависит если и не все, то почти все. Поэтому тренеры в отличие, скажем, от школьных учителей весьма терпимы ко всякого рода суевериям своих питомцев. Конечно, тренер понимает (как понимает это и сам спортсмен), что качество игры спортсмена ни в коей мере не зависит от того, в каком шкафчике раздевалки сложит тот свои вещички, но никогда не будет высмеивать эту придурь или тем более препятствовать ее осуществлению. Суеверие — это, конечно, пустяк, но лишняя придирка и вызванный ею лишний раздражитель — это уже нечто весьма и весьма серьезное, нечто такое, что может помешать спортсмену.

За семь лет — с 1960 по 1966 год — мы проиграли в общей сложности 20, от силы 25 матчей. Много? Не скажите. По самым скромным подсчетам, ЦСКА сыграл за это время около 300 матчей. В 15 турнирах участвовала наша команда — в 12 она финишировала первой, еще в одном заняла второе место.

В тех редких случаях, когда ЦСКА проигрывал матчи или не занимал в турнире первого места, нас критиковали, прорабатывали, ругали. Когда мы выигрывали золотые медали, нас не очень-то и хвалили. И в тех случаях, когда чемпионами мы становились в четырех матчах от финиша турнира, нам доставались поздравления, в которых было больше вежливости, чем восхищения или даже простого удивления. А как же: так и должно быть... ничего сверхъестественного... в порядке вещей. Тогда это обижало. Теперь я понимаю, что лучшей похвалы нельзя было и придумать, что эта авансом выданная уверенность в нашем успехе являлась самой лестной аттестацией, признанием высшей пробы.

Правила жизни настоящего баскетболиста. Автобиография Арменака Алачачяна

Арменак Алачачян (третий слева) с руководством московского ЦСКА.

Сколько ни убеждай в том, что проблема чужого поля — проблема надуманная, что такой проблемы вообще не существует, что команда, если она действительно сильна, в гостях будет играть так же успешно, как дома, — цели не достигнешь, ибо проблема эта живет и здравствует и, увы, будет жить и здравствовать всегда. Не буду перечислять все причины, из-за которых дома играется легче, назову лишь несколько, с моей точки зрения, главных. Ты играешь дома, тебе не надо, как противнику, совершать перед матчем утомительный вояж, тебе не надо акклиматизироваться, ты живешь в привычной обстановке. Ты играешь в том зале, где уже играл сотни раз и тысячу раз тренировался: тебе в этом зале все знакомо — пол, освещение, резонанс, — и тебя не ждут здесь никакие сюрпризы. Твои кольца: они ведь кажутся одинаковыми только непосвященному, их сходство чисто внешнее; одни жестче, другие мягче, одни хуже принимают мяч, другие — лучше, стало быть, кольца диктуют и выбор тактики: зная характер колец, знаешь, на что сделать акцент — на броски со средних дистанций или на броски из-под щита. Твои трибуны — ох, как они, эти твои трибуны, давят на соперников и особенно на судей! Даже самый честный и самый смелый судья хоть несколько раз, а ошибется в пользу хозяев. А ведь в таких матчах порой все решает и одна-единственная ошибка — не ошибка даже, а ошибочка.

Алачачян А.М. Не только о баскетболе. — М.: Молодая гвардия, 1970.

Школа 2.0

Добавил: Saniog

Теги: ЦСКА Арменак Алачачян Сборная СССР

в фейсбук Класс! в жж

Автор Сообщение

Чтобы оставлять комментарии, необходимо авторизоваться



август
октябрь

сентябрь 2017

пнвтсрчтптсбвс
    123
45678910
11121314151617
18192021222324
252627282930 
       

Реклама на сайте



Вакансии